Убийца любви

Женщина стояла на краю бездны. Она взирала вдаль, но вдали ничего не было: ни света, ни тьмы. Пред нею простиралась пустота, из которой исходила не тишина, а безмолвие. В тишине рождаются благостные надежды, тишина всегда полна жизни, она – родина покоя. А безмолвие – холодное царство отчаянья и обречённости. Женщина с отчаяньем и холодной обречённостью, чувствуя всю бессмысленность прошлого и не видя желанных целей в будущем, не решалась сделать шаг в никуда, в ту самую бездну, порождённую её несчастьем.

У неё был когда-то мужчина, её муж, которого она страстно и до безрассудства обожала. Даже единственную дочь она любила меньше. Её первенец  всегда оставался в глубокой тени чувств к мужу. А он…ему просто нравилась чужая любовь к его персоне. Изредка и кое-как он отвечал на ласки красивой и молодой жены, делал ей скромные подарки, но сам, при этом, никогда не пылал страстью, не терял головы, не безумствовал. Он даже некоторые мужские бытовые обязанности постепенно переложил со своих крепких плеч на терпеливые плечи жены. «Все мужчины таковы!» – говорила она в оправдание любимого человека, а, скорее, в утешение себя самой, недоласканной, недоцелованной, недосогретой встречным чувством. Она не могла представить свою жизнь без этого человека, а у того была жизнь, в которой женщина занимала незначительное второстепенное место. Он был холоден, расчётлив и, кажется, достаточно эгоистичен.

Но однажды произошло что-то совсем неожиданное для неё: она встретила другого мужчину, который полюбил её с первого взгляда. Это было настоящее чувство, которое нельзя утаить, невозможно в себе подавить, которое никто не в силах побороть рассуждениями о морали, долге или обязанностях. На неё хлынул водопад той страсти, о которой она мечтала, живя с мужем. Она купалась в чужой любви,  изнемогала от напиравшей мужской силы и однажды не устояла: как была, во что одета и обута, оставив дочь и все свои личные вещи, ничего не сказав родителям, женщина уехала с любившим её человеком к нему, куда-то очень далеко, на самый край земли, омываемой четырьмя океанами.

Шло время. Женщина имела всё, что нужно для счастья: любящего мужчину, материальный достаток, зависть окружающих. В её комнате всегда были свежие цветы, по большому домашнему хозяйству хлопотало несколько домработниц. Любое желание женщины тут же становилось первоочередной задачей для всех окружавших её. И эта задача всегда и незамедлительно решалась. Правда,  со временем её желания начали становиться всё менее целесообразными и даже разумными. Они всё больше стали походить на обыкновенную прихоть избалованной избыточными возможностями женщины. Но дать такую оценку подобным желаниям мог только любящий её мужчина, который этого не делал, так как по-настоящему любил. А любовь – та пелена, которая покрывает не только наши глаза, но и разум.

Да, для счастья у женщины было всё. О такой жизни мечтает каждая женщина, но счастье в её сердце не приходило. Более того, ей казалось, что ранее она была более счастлива. Воспоминания о маленьких радостях прежней жизни теперь казались ей сказочно прекрасными. Первые свидания со своим мужем, первые поцелуи с ним – всё было действительно самым первым, а потому и самыми чудесными мгновениями её жизни. Она помнила, когда и во что одевался мужчина её жизни. Она помнила его запах, его голос. Помнила, как он дышал во сне. Она знала все его любимые лакомства, которые с удовольствием сама готовила. Сегодня же вспомнить то, что происходило с нею три дня назад, было совсем не просто, а, впрочем, … это ей никогда и не нужно было, как и не интересно. И тут женщина поняла, что находится сейчас в роли своего мужа. Она сегодня так же только отвечала на любовь другого человека, и отвечала ему с пустым сердцем. Она шла рядом с другим человеком по его пути, потому что её собственный путь был потерян. Притворная любовь – хуже обмана. Она обманывала человека, который её обожал, который поверил её притворным ласкам и неискренним словам. Так дальше жить нельзя было и женщина, как уже было с нею когда-то, ничего никому не сказав, уехала к своей давней подруге.

Подругой её была женщина, которой не было дано испытать и пережить любовь к мужчине, как и любви даже самого невзрачного мужчины к себе. Она была не дурна собой, образованна. Однако, то ли  давняя болезнь коленных суставов, сделавшей её хромой, то ли её замкнутость и увлечение магией, но мужчины никогда не искали тесных контактов с нею.  Попыток завести собственных детей, чтобы однажды, погрузившись в материнские заботы,  больше не думать о своей женской недоле, она не делала: до тридцати лет, потому что было ещё рано, а после – уже потому, что, как ей казалось, стало уж слишком поздно. Кроме того с возрастом к ней пришло убеждение, что нянчиться сутками напролёт с малолетними детьми – это чуждая и пугающая перспектива для свободолюбивых женщин. А она любила свободу и боялась новых жизненных испытаний.

Подруги не виделась много лет, хотя регулярно обменивались электронными письмами. Поэтому при встрече они не только очень обрадовались, но и вдоволь наплакались. Подруга сквозь слёзы говорила, что видит перед собой всё ту же кудрявую красавицу, а женщина, видя перед собой поседевшую и подурневшую, не совсем опрятную домоседку, просто крепко прижималась к ней, как когда-то к своему мужу в порывах неудержимой нежности.

– Как я рада тебя видеть, милая моя! – говорила подруга со слезами на глазах. – Столько лет минуло, а ты всё такая же милашка. А какая ты ухоженная…не то, что я. Прости, мой домашний вид. Я редко выхожу из дома. Ну, рассказывай, рассказывай про себя всё!

И женщина долго и в подробностях рассказывала о своём муже, о любви к нему. О том, как она была счастлива и несчастна одновременно. И в этой долгой исповеди почти не было слов о дочери, о своём втором мужчине, о чувствах к родителям.

– Боже, какая же ты счастливая! – вздыхала подруга – Ты любишь, тебя любят, а тут…ну, хоть бы разок понять каково это: настоящая любовь!

– Нет, это не настоящая любовь! – возразила женщина. – Настоящее – всегда взаимно. Это – движение навстречу друг другу. А без этого…боль, страдание…Лучше уж без такой любви вовсе.

– Перестань такое говорить! Любовь, какая бы она не была – всегда от Бога! Это – высшая радость, которая дана человеку.

Подруга женщины давно пристрастилась к алкоголю. Он когда-то был для неё только надёжным средством облегчить душевные переживания, к которому она прибегала лишь изредка. Но со временем алкоголь превратился в  незаменимый напиток и способ времяпровождения. Поэтому сейчас она наполняла водкой рюмку за рюмкой, настойчиво говорила никогда не пившей крепких напитков женщине, чтобы та расслабилась и была уверена, что всё уладится, всё обязательно образумится. Как это произойдёт, когда это случится, никто из них не знал, но душевный комфорт обеих, после каждой выпитой рюмки спиртного, действительно становился значительно лучше.

Через некоторое время женщина не только могла уже выпить за вечер бутылку водки, но и научилась взатяжку курить. Запах сигарет, всегда бывший для неё отвратительным, стал её обычным запахом изо рта. Не однократно пробовали они с подругой и «травку», которой в этом городе можно было достать без больших проблем. Если ранее на улице к ней мужчины не решались подходить, потому что видели перед собой неприступную и гордую красавицу, то теперь уже развязно и беспардонно приглашали расслабиться и развлечься. Она стала очень быстро терять свою притягательную силу и превращаться в самую заурядную женщину. Правда, ни одного мужчины она к себе не подпускала. Никто не смог коснуться её тела: любовь к мужу была тем святым барьером, через который в её душу шагнуть никто не мог.

Но однажды у себя за спиной она услышала мужские голоса: «Слышь, я знаю эту бабу! Что с ней стало?», «Не видишь: спилась, постоянно обкуривается какой-то гадостью, короче – опустилась». Это был приговор. Суд, который долгие годы вёл разбирательство дела её души, состоялся. Черта была подведена, и далее должен был последовать результат.

Женщина стояла на высоком мосту и пустыми глазами смотрела вдаль. У неё под ногами была бездна. Бездна была и в её сердце. И только где-то очень глубоко в нём по-прежнему и всё также ярко светилась её безответная любовь к мужу. Женщина с отчаяньем и обречённостью, чувствуя всю бессмысленность прошлого и не видя желанных целей в будущем, не решалась сделать шаг отчаянья в никуда, в ту самую бездну, порождённую её несчастьем. Но делать этот шаг нужно было, потому что выход в неведомое всё-таки лучше безвыходных положений и невыносимых страданий. Она разжала пальцы, сжимавшие перила, и шагнула.

ЭПИЛОГ

Душа женщины постепенно удалялась от могилы, в которой было погребено её тело. Маленькое семя Духа, когда-то высаженное в человеческую плоть девочки, десятилетия взрастало и крепло. Ныне тот крохотный зародыш  духовной энергии превратился в большой сгусток её. Но клубень души нужно освободить от остатков земли, вымыть и очистить его от плотской кожуры сознания, чтобы он стал животворящей манной небесной. В этом и заключалась суть земного бытия людей – во взращивании семян Духа: от его зародыша в беспомощном младенце до созревшего плода духа у взрослого человека или даже до могучего и чудотворного кладезя духа праведника и святого. Не важно, сколько лет прожил человек, какими трудами он занимался там, в физическом мире. Тут главным и единственным критерием является только чистота и величие духа, восходящего к Высшему Свету. Подобно тому, как тяжесть и толща воды выталкивала бы вверх со дна реки воздушный шар, так легко и быстро тут возвышаются из тьмы первых и самых плотных слоёв загробного мира светлячки душ младенцев и безвинно погибших в катастрофах людей. Светло-радужными облаками восходят к более высоким мирам души праведников. Оставляя за собой шлейф плотской пыли чувств и сознания, следом поднимаются добродетельные, благодушные, целомудренные.

Возвышение души женщины прекратилось уже на одном из самых низких и тёмных уровней не реального для живущего человека мира – мира теней и духов. Образовывавшие этот слой грязные и тусклые души кровавых преступников без всяких чувств и явно выраженных эмоций встречали ту, которая в потустороннем телесном мире неоднократно совершила  убийство светлой энергии земной жизни – человеческую любовь. Тёмные души самоубийц с холодным покоем наблюдали за тем, насколько выше их сможет, или всё-таки не сможет, подняться та душа, которую добровольно и до срока вырвали из телесной обители её. Им вместе предстояло пройти долгий и тягостный путь из мрачного чистилища душ к необозримым высотам яркого Чистого Духа.

А.Апанасевич