ВСТРЕЧИ-РАССТОВАНИЯ

…И тогда я вновь стал замечать привлекательность других женщин. Дивный женский бюст, который обещал удовлетворить даже самые страстные и потаённые мужские желания, вновь стал волновать замедлившийся стук моего охладевающего сердца. Чтобы передать красоту женских ножек, мне вновь стало не хватать таких банальных слов, как “длинные” или “стройные”. Ибо есть женские ножки, которые Бог создавал более для мужчин, чем для их счастливых хозяек. Порой этим ножкам, подобно крыльям, предназначалось воспарённо носить тела, если даже не по воздуху, так по земле.

Да, я, наконец, вновь ощутил вкус человеческого бытия. Тот вкус, через который можно по-настоящему познать, а потом и насытить неуемную жажду полноценной жизни.

И вот она, не слишком долгожданная, встреча со своей новой знакомой произошла. В душе начался новый хоровод чувств: от смущения немолодого человека, впыхнувшего жаром молодецких страстей, до безумных и одурманивающих разум желаний.

И хотя это было уже далеко не в первый раз, всё происходило на другом, более высоком уровне. Как одна молния никогда не повторяет форму другой молнии, так и яркие цвета одного чувства никогда не бывают однотонными с красками другого чувства. Теперь, как никогда ранее, я точно знал, что не ошибаюсь: это была любовь в минуты появления своего первого листочка.

До бурного цветения ещё пройдёт время, но теперь… Теперь я вновь был счастлив, потому что вновь происходили чудодейства. Жизнь снова горячо дышала в лицо и ласкалось ко мне, а я, трепетный и смущённый, принимал этот дар, как и следует – с сыновьей благодарностью судьбе.

Женщине можно сказать “люблю”, даже поклясться в этом, однако, если это будут вымученные из себя слова, они не подарят женщине чувство счастья. Я же никогда не говорил своим женщинам, что люблю их. Но, когда мы брались за руки и просто смотрели в глаза друг другу, моя любовь сама говорила за себя …и за меня. И женщина сразу же искренне верила тому, о чем говорил мой взгляд. Верила и сама становилась ещё более влюблённой и счастливой.

Я перестал замечать вокруг себя многоликость женщин. Была только она, единственная для меня женщина, и только они – все остальные, на одно, безразличное для меня лицо, женщины.

Первые встречи переходили во вторые, вторые – в последующие. Мы быстро сближались, в чём мой опыт был, как всегда, моим непогрешимым помощником.

В состоянии высокого увлечения всё движется в более высоком темпе. Сколько времени не проводишь с любимым человеком, этого времени всегда оказывается мало. Ибо час в умилении и увлечении для человеческого духа более весомее, чем сто часов в ожидании или поиске. Когда я дарил любимой маленький букетик полевых цветов, то дарил ей частичку своего сердца. И она это чувствовала. Она брала цветы, прижималась к ним лицом, а потом целовала их. А когда я целовал её уста, она, словно замирала и, казалось, плакала. О, что может быть чувственнее и чище, чем слёзы радости и счастья!

Но далее… Опять это злосчастное “но”! Какое счастье, что цветам в пору их буйного цветения никто не говорит это разрушительное “но”! Потому что, если бы цветы знали о скором часе неотвратимого увядания, смогло бы ли тогда всё сущее в полной мере почувствовать это богатство цветочного благоухания и красочной политры? Да и смог бы кто-нибудь из нас, с твёрдым знанием неизбежного “но”, сделать ещё один шаг вперёд, если бы знал, что второй, или последующий будет его последним шагом?

Счастье Бог создавал, наверное, в последнюю очередь, когда миросозидательный материал Им был уже почти израсходован. Сотворённое из остатков, счастья с первых лет жизни никогда и никому не хватает, потому что его всегда и повсюду ищут и зовут. Потому же в одних руках и в одном месте оно долго не задерживается.

Возможно, именно потому я однажды стал ощущать, что вымощенная из надежд широкая дорога к счастью, стала для меня превращаться в узкую и неровную тропинку. Одна надежда уходила за другой. Меня, как будто, кто-то обкрадывал. В душе, где ранее хозяйничала буря чувств, где не было ни одного тихого местечка для трезвых раздумий, внезапно наступил покой. Может это произошло потому, что наслаждение перестаёт быть чудодейственным даром, когда оно овладевает временем. Если первым глотком удовлетворяют нужду, вторым – потребность, то третьим – начинают насыщать алчность. Может так оно в жизни и есть: если одна цель в жизни достигнута, на горизонте обязательно появится вторая цель.

Нет, моя любимая, как и ранее, оставалась всё такой же трепетной и привлекательной для меня, но (опять то самое “но”) уже не такой желанной. А там, где исчезает желание, там постепенно исчезает и смысл. Мне становилось скучно. Одиночество, которое я когда-то оттолкнул от себя, вновь стало востребованным.

И вот именно тогда я опять стал замечать красоту, которая всегда окружает нас. Увлечение чарующим постепенно опять стало овладевать моими чувствами и я…(читай сначала).